Почему МВФ выбрал правильного лидера неправильным способом
Переназначение Кристалины Георгиевой на пост управляющего директора Международного валютного фонда стало позитивным событием, но оно подчеркнуло важный недостаток в структуре управления МВФ
![Кристалина Георгиева Кристалина Георгиева](http://static.forbes.kz/img/articles/a1a56815ba4256390381cf6f86beca7e-small.jpg)
В мире, который покачивается от долговых кризисов, вооруженных конфликтов, изменения климата и длительных последствий пандемии Covid-19, трудно переоценить значение этого фонда. Но для того чтобы МВФ выполнял свою роль надлежащим образом, он должен нести ответственность перед всеми странами-членами, а не только перед могущественными странами, которые сейчас обладают непропорционально большим влиянием.
Процесс переназначения напрямую связан с этой проблемой. На своем сайте МВФ уведомляет читателей, что исполнительный совет (в котором представлены все страны) может выбрать управляющего директора большинством голосов, хотя традиционно это избрание происходит на основе консенсуса. В реальности уже давно действует соглашение между европейцами и американцами, согласно которому первые решают, кто возглавит МВФ, а вторые выбирают, кто будет руководить Всемирным банком. (Официально в МВФ утвержден «открытый и прозрачный процесс» отбора управляющих директоров «на основе заслуг», однако этот процесс служит лишь для проверки качества европейских кандидатов.)
![Палата представителей США приняла законопроект о помощи Украине на $60 млрд](https://static.forbes.kz/img/articles/b155ea421535720a71d7bc3bf9858d0c-subtop.jpg)
Палата представителей США приняла законопроект о помощи Украине на $60 млрд
Голосование прошло несмотря на резкие возражения со стороны части консерват... →
Совершенно очевидно, почему такая система является проблемой. МВФ нужно, чтобы страны-члены верили в то, что фонд действует беспристрастно, принимая трудные решения о том, кому помочь и на каких условиях. Хотя у фонда есть формальные правила, наиболее влиятельные страны регулярно требуют исключений из этих правил. Конфликт интересов стал наглядно очевиден во время кризиса в еврозоне. В проведенной позднее самим фондом оценке событий критиковалась «халатность подходов» к соблюдению правил и осуждалось решение МВФ обойти стандартные процедуры путем модификации правил 2002 года ради предоставления европейским странам возможности исключительного доступа.
Действия МВФ в тот момент нельзя рассматривать отдельно от действий его управляющих директоров, назначенных Европой: оба ранее занимали пост министра экономики и финансов Франции. Как пишет Гарольд Джеймс в недавно опубликованной истории этого кризиса, «количество времени и энергии, которые управляющий директор МВФ [Доминик Стросс-Кан, а затем – и особенно – Кристин Лагард] лично уделял этим программам, включая участие в бесчисленных встречах в Брюсселе и других европейских столицах, было беспрецедентным в сравнении с тем вниманием, которое уделялось даже самым крупным и важным программам [МВФ] в Латинской Америке или Азии. Лагард в отличие от своих предшественников регулярно участвовала во встречах министров финансов Европы (ECOFIN)».
Джеймс оговаривается, что МВФ пытался адаптироваться к новым обстоятельствам. Однако странам, которые находятся за пределами Европы и США, казалась очевидной демонстрация особого отношения. Пока процесс назначения управляющего директора не будет изменен, эта фигура всегда будет подвергаться обвинениям в чрезмерной отзывчивости к нуждам европейских правительств.
![Отражение атаки Ирана обошлось Израилю в $1,3 млрд](https://static.forbes.kz/img/articles/7ca763f8660cc65579e579be6618dbee-subtop.jpg)
Отражение атаки Ирана обошлось Израилю в $1,3 млрд
Уничтожение каждой баллистической ракеты оценили в среднем в $3,5 млн →
И проблемы на этом не заканчиваются. Нынешняя процедура не только исключает страны, которые на равных инвестируют в МВФ, но и искажает международный характер официальной структуры управления фондом. У МВФ имеется исполнительный совет директоров, чей состав тщательно продуман и представляет все страны-члены (хотя и неравным образом). Совет базируется на постоянной основе в Вашингтоне (что обходится очень дорого) для того, чтобы он мог направлять и контролировать выполнение мандата этой организации и ее работу. Нет никаких веских причин, которые бы мешали принимать решения о переназначении и оценке деятельности управляющего директора в рамках этой уже существующей представительной структуры.
Хотя успех работы каждого управляющего директора зависит от удачи и других обстоятельств вне их контроля, объективную оценку можно свести к трем критериям успешности. Первый критерий: способность управляющего директора налаживать согласие между всеми странами, сохраняя заинтересованность влиятельных стран и одновременно ограничивая их влияние, чтобы учесть интересы остальных. Зачастую это означает негласное формирование коалиций менее влиятельных стран.
Достижения Георгиевой на этом направлении впечатляют. В период, когда США призывали МВФ отказаться от лидирующей роли в вопросах климата, она убедила многие страны позволить фонду оценивать риски и возможности, связанные с климатом, во время мониторинга их экономики. Кроме того, в то время как богатые страны требовали очень жестких условий кредитования (несмотря на собственные данные МВФ о том, что такие требования почти не работают), Георгиева нашла новые способы предоставления кредитов. Наконец, в мире обостряющегося геополитического соперничества она упорно работала над сохранением взаимодействия с Китаем, включая его участие в реструктуризации суверенных долгов.
![Cтраны НАТО создали совместную миссию в Украине](https://static.forbes.kz/img/articles/39a110294e2ed974019abae0a62a1588-subtop.jpg)
Cтраны НАТО создали совместную миссию в Украине
Это решение должно скоординировать помощь, которую страны альянса оказывают... →
Второй критерий успеха – управляющий директор должен эффективно убеждать стран-членов предоставлять необходимые ресурсы. И здесь Георгиева также добилась успехов. В декабре прошлого года Совет управляющих МВФ одобрил увеличение квот на 50% (то есть увеличение основного финансирования, а не специальных фондов для конкретных проектов).
А ранее Георгиева убедила богатые страны обязаться предоставить больше ресурсов в случае, если МВФ они понадобятся (хотя финансовые доноры сохранили за собой особый контроль над этими, как их называют, соглашениями о заимствованиях). Во время пандемии Георгиева добилась соглашения о распределении рекордных $650 млрд в виде специальных прав заимствования (сокращенно СДР, это резервный актив МВФ) с целью укрепления балансов стран-членов. (Впрочем, ее неустанные попытки убедить богатые страны передать свои СДР бедным странам оказались менее успешными).
Наконец, управляющий директор должен демонстрировать эффективное лидерство внутри организации, в которой нужно постоянно преодолевать бюрократическую инерцию, привлекать, развивать и удерживать хороших и разных сотрудников, поощрять культуру постоянного обучения и честности. Поскольку примерно в 60% стран с низкими доходами наблюдается повышенный риск возникновения долговых проблем (или они уже начались), МВФ должен иметь возможность максимально быстро распределять ресурсы, причем с правильными рекомендациями и на правильных условиях. На этом фронте есть много пространства для улучшений. МВФ должен значительно ускорить выделение средств, и ему следует адаптировать свои программы к миру, в котором геополитические противоречия одерживают верх над принципами свободной торговли, поддерживаемыми фондом.
Общая оценка результатов работы Георгиевой высока, и поэтому она является достойным выбором. Однако это лишь счастливое стечение обстоятельств, которое не меняет того факта, что процедура назначения руководства в МВФ удручающим образом не соответствует реалиям 2020-х годов.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram